| _version_ | 1866901689647235072 |
|---|---|
| author | Оксенгендлер Б.Л Тураева Н.Н Искандарова Ф.А. |
| author_facet | Оксенгендлер Б.Л Тураева Н.Н Искандарова Ф.А. |
| contents | <p><span><span><span>На рубеже 2019/2020 годов человечество подверглось серьезнейшему испытанию, появлению нового вида коронавируса SARS-CoV-2 способного преодолевать барьер (между животным и человеком), вызывающим болезнь COVID-19 с совокупностью необычных синдромов, тяжелым течением вплоть до летального. За период с начала заболевания и по настоящий момент пандемия охватила 776 млн. человек приведя к более 7 млн. смертей. Наука и медицина, оказавшиеся в первые месяцы фактически беспомощными, к настоящему времени однако приобрели комплекс знаний и навыков, позволивших в определенной степени противостоять болезни. Вместе с тем, главный арсенал науки в борьбе с вирусами - иммунология, по-видимому, потребует серьезной модификации многих своих позиций. Это все делает особо важными различные, иногда совершенно нестандартные методы борьбы с COVID-19. Пандемия инфекции COVID-19, вызванная коронавирусом представляет собой серьезную угрозу для всего мира, что вызвано высокой скоростью передачи вируса и быстрой эскалацией числа инфекций, приведшей к беспрецедентной нагрузке на системы здравоохранения. Тяжелое течение и смертность вызывается высокой вирусной нагрузкой и соответствующим запуском иммунного ответа в виде синтеза иммунными клетками и выброса в кровь провоспалительных цитокинов и хемокинов, принимающим такой гиперактивный характер, что был определен термином «цитокиновый шторм». Именно последний приводит к обширному повреждению легких и других органов, вызывая полиорганную недостаточность и смерть. Несмотря на то, что в настоящее время проводится множество фармакологических исследований, эффективного лечения (за исключением поддерживающего дыхания кислородом и систем исскуственной вентиляции легких), похоже, не существовует. На этом фоне появились идеи использовать для лечения вирусной пневмании методами физики, в частнсти, методами воздействия радиации подходящего типа (малых энергии, малой интенсивности и малых доз). Последнее требование было особенно важным, если учесть желание убить вирус “in vivo”, поскольку радиобиология указывает на оптимальные дозы инактивации многих вирусов > 1 Грей, тогда как воздействия на человека таких доз приводят к катастрофам. Однако, нами было найдено ноу-хау. Изучение (китайцами) РНК этого вируса выявило (январь 2020) его чрезвычайную деформацию внутри клетки, а также выраженную хиральность и высокую фрактальную размерность – вдоль биополимера РНК. В связи с этим, мы развили идею ОЖЕ – деструкции РНК после ионизации К – оболочки регулярных атомов Р (вдоль цепи) при поглощении рентгеновского кванта с энергией</span></span></span><span><span><span> hγ≈2,3 кэВ</span></span></span><span><span><span>. Сечение Оже- деструкции при этом определялось формулой </span></span></span><span><span><span>d</span></span></span><span><span><span>=</span></span></span><span><span><span>K</span></span></span><span><span><span>K</span></span></span><span><span><span>exp</span></span></span><span><span><span>-τ</span></span></span><span><span><span>+</span></span></span><span><span><span>/</span></span></span><span><span><span>e</span></span></span><span><span><span>+</span></span></span><span><span><span>L</span></span></span><span><span><span>L</span></span></span><span><span><span>exp</span></span></span><span><span><span>-τ</span></span></span><span><span><span>+</span></span></span><span><span><span>/</span></span></span><span><span><span>e</span></span></span><span><span><span> , где </span></span></span><span><span><span>K</span></span></span><span><span><span>, </span></span></span><span><span><span>L</span></span></span><span><span><span>- сечения ионизации K и L оболочек Р, </span></span></span><span><span><span>K</span></span></span><span><span><span> и </span></span></span><span><span><span>L</span></span></span><span><span><span> – коэффициенты размножения Оже заряда – (эффект встряски), </span></span></span><span><span><span>+</span></span></span><span><span><span>≈5∙</span></span></span><span><span><span>10</span></span></span><span><span><span>-14</span></span></span><span><span><span>с</span></span></span><span><span><span>, </span></span></span><span><span><span>e</span></span></span><span><span><span> – время нейтрализации Оже заряда резко увеличено именно в случае РНК вируса (in vivo). Учет всех этих обстоятельств указал на возможность снижения дозы инактивации вируса SARS-2V в </span></span></span><span><span><span>10</span></span></span><span><span><span>3</span></span></span><span><span><span>÷ </span></span></span><span><span><span>10</span></span></span><span><span><span>2</span></span></span><span><span><span> раз </span></span></span><span><span><span>в силу чего, метод был назван низко дозовая терапия (LDT) [1]. Примерно через месяц (март 2020) появились западные публикации, в которых врачи-радиобиологи независимо экспериментально обнаружили лечебные воздействия на COVID-19 рентгеновской радиацией с параметрами воздействия совпадающими с нашими предсказаниями [1-3]. В последствии термин (LDT) укоренился повсеместно (главным энтузиастом LDT на западе стал иранец по происхождению, г. Шираз, работающий в США (клиника в Филадельфии) С. Мортазави) [4]. К настоящему времени, в связи с новыми вспышками вирусных заболеваний интерес к LDT резко возрос, поскольку его эффективность не зависит от мутаций, тогда как наиболее активные противовирусные антибиотики одновременно оказались с очень сильными мутагенными свойствами (Nature, 2023, С. Мортазави). Необходимо отметить важные свойства лечения COVID (и т.д) путем Оже деструкции, которые обладают замечательной особенностью: последняя стадия деструкция РНК кулоновский взрыв всегда генерирует ударные волны движущиеся быстрее скорости звука, которые (через эффект радиационной тряски) ликвидирует предмутации, рождающиеся при элементарных актах Оже эффекта [1,2,5]. Отмеченные выше наши результаты по борьбе с вирусами на основе Оже каскадов имели серьезное продолжения и в других областях биологии: использование «Оже-ножниц» в генной инженерии, в попытках воздействия на экзосомы, являющейся переносчиками метастазов и некоторые другие.</span></span></span></p> <p><strong><span><span><span>Литература</span></span></span></strong></p> <ol> <li><span><span><span>Оксенгендлер Б.Л., Тураева Н.Н., Сулейманов С.Х., Аширметов А.Χ., Искандарова Ф. Оже-деструкция деформированных квазиодномерных молекулярных объектов: особенности и применение//ДАН РУз, 2020. №3</span></span></span></li> <li><span><span><span>B.L. Oksengendler, A. Kh. Ashirmetovd, N.N. Turaeva, N.N. Nikiforova, S. X. Suleymanov, A.F. Zatsepin, F.A. Iskandarova. NIM B 512 2022, 66-75</span></span></span></li> <li><span><span><span>Kirkby Ch., Macktnzie M. Low dose radiation therapy for COVID-19 pneumonia. Radiother Oncol. 2020 V. 147. P. 224-225</span></span></span></li> <li><span><span><span>Ghadimi-Moghadam A. Mortazavi S.A. J. Biomed. P. E. </span></span></span><a href="http://jdpe.sums.ac.ir/article46441.html"><span><span><span><u>http://jdpe.sums.ac.ir/article46441.html</u></span></span></span></a><span><span><span> </span></span></span></li> <li><span><span><span>B.L.Oksengendler, A.Kh.Ashirmetov, F.A.Iskandarova, A.F.Zatsepin, N.N.Nikiforova, S.Kh.Suleimanov, N.N. Turaeva. «Interaction of Radiation with Hierarchical Structures». Journal of Surface Investigation: X-ray, Synchrotron and Neutron Techniques, 2023, Vol. 17, No. 1, pp. 31–42.</span></span></span></li> </ol> <p><br> </p> |
| format | Recurso digital |
| id | zenodo_https___doi_org_10_5281_zenodo_15185396 |
| institution | Zenodo |
| language | |
| publishDate | 2025 |
| publisher | Zenodo |
| record_format | zenodo |
| spellingShingle | SARS-COV-2, COVID-19 И РАДИАЦИЯ Оксенгендлер Б.Л Тураева Н.Н Искандарова Ф.А. <p><span><span><span>На рубеже 2019/2020 годов человечество подверглось серьезнейшему испытанию, появлению нового вида коронавируса SARS-CoV-2 способного преодолевать барьер (между животным и человеком), вызывающим болезнь COVID-19 с совокупностью необычных синдромов, тяжелым течением вплоть до летального. За период с начала заболевания и по настоящий момент пандемия охватила 776 млн. человек приведя к более 7 млн. смертей. Наука и медицина, оказавшиеся в первые месяцы фактически беспомощными, к настоящему времени однако приобрели комплекс знаний и навыков, позволивших в определенной степени противостоять болезни. Вместе с тем, главный арсенал науки в борьбе с вирусами - иммунология, по-видимому, потребует серьезной модификации многих своих позиций. Это все делает особо важными различные, иногда совершенно нестандартные методы борьбы с COVID-19. Пандемия инфекции COVID-19, вызванная коронавирусом представляет собой серьезную угрозу для всего мира, что вызвано высокой скоростью передачи вируса и быстрой эскалацией числа инфекций, приведшей к беспрецедентной нагрузке на системы здравоохранения. Тяжелое течение и смертность вызывается высокой вирусной нагрузкой и соответствующим запуском иммунного ответа в виде синтеза иммунными клетками и выброса в кровь провоспалительных цитокинов и хемокинов, принимающим такой гиперактивный характер, что был определен термином «цитокиновый шторм». Именно последний приводит к обширному повреждению легких и других органов, вызывая полиорганную недостаточность и смерть. Несмотря на то, что в настоящее время проводится множество фармакологических исследований, эффективного лечения (за исключением поддерживающего дыхания кислородом и систем исскуственной вентиляции легких), похоже, не существовует. На этом фоне появились идеи использовать для лечения вирусной пневмании методами физики, в частнсти, методами воздействия радиации подходящего типа (малых энергии, малой интенсивности и малых доз). Последнее требование было особенно важным, если учесть желание убить вирус “in vivo”, поскольку радиобиология указывает на оптимальные дозы инактивации многих вирусов > 1 Грей, тогда как воздействия на человека таких доз приводят к катастрофам. Однако, нами было найдено ноу-хау. Изучение (китайцами) РНК этого вируса выявило (январь 2020) его чрезвычайную деформацию внутри клетки, а также выраженную хиральность и высокую фрактальную размерность – вдоль биополимера РНК. В связи с этим, мы развили идею ОЖЕ – деструкции РНК после ионизации К – оболочки регулярных атомов Р (вдоль цепи) при поглощении рентгеновского кванта с энергией</span></span></span><span><span><span> hγ≈2,3 кэВ</span></span></span><span><span><span>. Сечение Оже- деструкции при этом определялось формулой </span></span></span><span><span><span>d</span></span></span><span><span><span>=</span></span></span><span><span><span>K</span></span></span><span><span><span>K</span></span></span><span><span><span>exp</span></span></span><span><span><span>-τ</span></span></span><span><span><span>+</span></span></span><span><span><span>/</span></span></span><span><span><span>e</span></span></span><span><span><span>+</span></span></span><span><span><span>L</span></span></span><span><span><span>L</span></span></span><span><span><span>exp</span></span></span><span><span><span>-τ</span></span></span><span><span><span>+</span></span></span><span><span><span>/</span></span></span><span><span><span>e</span></span></span><span><span><span> , где </span></span></span><span><span><span>K</span></span></span><span><span><span>, </span></span></span><span><span><span>L</span></span></span><span><span><span>- сечения ионизации K и L оболочек Р, </span></span></span><span><span><span>K</span></span></span><span><span><span> и </span></span></span><span><span><span>L</span></span></span><span><span><span> – коэффициенты размножения Оже заряда – (эффект встряски), </span></span></span><span><span><span>+</span></span></span><span><span><span>≈5∙</span></span></span><span><span><span>10</span></span></span><span><span><span>-14</span></span></span><span><span><span>с</span></span></span><span><span><span>, </span></span></span><span><span><span>e</span></span></span><span><span><span> – время нейтрализации Оже заряда резко увеличено именно в случае РНК вируса (in vivo). Учет всех этих обстоятельств указал на возможность снижения дозы инактивации вируса SARS-2V в </span></span></span><span><span><span>10</span></span></span><span><span><span>3</span></span></span><span><span><span>÷ </span></span></span><span><span><span>10</span></span></span><span><span><span>2</span></span></span><span><span><span> раз </span></span></span><span><span><span>в силу чего, метод был назван низко дозовая терапия (LDT) [1]. Примерно через месяц (март 2020) появились западные публикации, в которых врачи-радиобиологи независимо экспериментально обнаружили лечебные воздействия на COVID-19 рентгеновской радиацией с параметрами воздействия совпадающими с нашими предсказаниями [1-3]. В последствии термин (LDT) укоренился повсеместно (главным энтузиастом LDT на западе стал иранец по происхождению, г. Шираз, работающий в США (клиника в Филадельфии) С. Мортазави) [4]. К настоящему времени, в связи с новыми вспышками вирусных заболеваний интерес к LDT резко возрос, поскольку его эффективность не зависит от мутаций, тогда как наиболее активные противовирусные антибиотики одновременно оказались с очень сильными мутагенными свойствами (Nature, 2023, С. Мортазави). Необходимо отметить важные свойства лечения COVID (и т.д) путем Оже деструкции, которые обладают замечательной особенностью: последняя стадия деструкция РНК кулоновский взрыв всегда генерирует ударные волны движущиеся быстрее скорости звука, которые (через эффект радиационной тряски) ликвидирует предмутации, рождающиеся при элементарных актах Оже эффекта [1,2,5]. Отмеченные выше наши результаты по борьбе с вирусами на основе Оже каскадов имели серьезное продолжения и в других областях биологии: использование «Оже-ножниц» в генной инженерии, в попытках воздействия на экзосомы, являющейся переносчиками метастазов и некоторые другие.</span></span></span></p> <p><strong><span><span><span>Литература</span></span></span></strong></p> <ol> <li><span><span><span>Оксенгендлер Б.Л., Тураева Н.Н., Сулейманов С.Х., Аширметов А.Χ., Искандарова Ф. Оже-деструкция деформированных квазиодномерных молекулярных объектов: особенности и применение//ДАН РУз, 2020. №3</span></span></span></li> <li><span><span><span>B.L. Oksengendler, A. Kh. Ashirmetovd, N.N. Turaeva, N.N. Nikiforova, S. X. Suleymanov, A.F. Zatsepin, F.A. Iskandarova. NIM B 512 2022, 66-75</span></span></span></li> <li><span><span><span>Kirkby Ch., Macktnzie M. Low dose radiation therapy for COVID-19 pneumonia. Radiother Oncol. 2020 V. 147. P. 224-225</span></span></span></li> <li><span><span><span>Ghadimi-Moghadam A. Mortazavi S.A. J. Biomed. P. E. </span></span></span><a href="http://jdpe.sums.ac.ir/article46441.html"><span><span><span><u>http://jdpe.sums.ac.ir/article46441.html</u></span></span></span></a><span><span><span> </span></span></span></li> <li><span><span><span>B.L.Oksengendler, A.Kh.Ashirmetov, F.A.Iskandarova, A.F.Zatsepin, N.N.Nikiforova, S.Kh.Suleimanov, N.N. Turaeva. «Interaction of Radiation with Hierarchical Structures». Journal of Surface Investigation: X-ray, Synchrotron and Neutron Techniques, 2023, Vol. 17, No. 1, pp. 31–42.</span></span></span></li> </ol> <p><br> </p> |
| title | SARS-COV-2, COVID-19 И РАДИАЦИЯ |
| url | https://doi.org/10.5281/zenodo.15185396 |